фотография и историческое сознание. продолжение


Еще несколько личных впечатлений  участников интервью о семейной фотографии, кино и аргентинском фотографе: Педро Луис Раота.

Генде-Роте: Любите ли Вы ходить на фотографические выставка и вообще смотреть художественные фотографии?

Александров А..П.

 Александров А.П., президент АН СССР:

 У меня на это, к сожалению, просто не хватает времени. Работаю с утра до ночи и    поэтому  вынужден ограничивать  свои  «вне научные и внеслужебные интересы».

 Генде-Роте: Но у Вас есть  семейные альбомы…

 Александров А.П., президент АН СССР:

Да, и мы их  с большим удовольствием  смотрим. У нас их около двадцати, в них вся        история нашей семьи, еще с довоенного времени. О художественности здесь говорить,    конечно, смешно, так же как и о техническом совершенстве фотографий.

Генде-Роте: Мне думается, Вы чрезвычайно  строги к семейным  снимкам. Ваши альбомы, как мне удалось убедиться, в хорошем состоянии и в них есть очень неплохие фотографии.

Александров А.П., президент АН СССР:

Ну, это уже заслуга не моя, а жены, Марианны Александровны. Начинала она с черно-белой фотографии, потом стала заниматься цветной. Затем освоила и киносъемку! Кино у нас в семье сейчас «забило»  фотографию.

Генде-Роте: Вы считаете, что кино интересней?

Александров А.П., президент АН СССР:

И фотография, и кино интересны по-своему. Кино снимать труднее, но очень интересно. У нас все держится на сценарии и на операторской работе. Марианна Александровна – главный режиссер и оператор, а мне отводится роль сценариста и, разумеется, одного из актеров.

Генде-Роте: А фотокамеру берете в свои путешествия?

Александров А.П., президент АН СССР:

Обязательно, но снимают жена или сын, они сами и печатают. Это съемка «для себя». Точно также и кино.

Генде-Роте: А сами вы снимали?

Александров А.П., президент АН СССР:

Да, меня всегда интересовала фотография. Увлечение ею началось около семи десятков лет назад (интервью опубликовано в 1984г.).  Сначала у меня была клап-камера с очень хорошим объективом. Работали тогда в основном без увеличения  — печатали контактно.  Бумагу выпускал «Фототехпром» в Киеве. Отличнейшая  была бумага – лучше сегодняшней,  причем с разной  поверхностью – и глянцевая, и полуматовая, и матовая. Там же выпускались и пластинки, они тоже были хорошие, с большой градацией тонов, по-видимому, за счет большего количества серебра, тогда его почему-то не экономили.  Снимал я довольно много, но для собственного удовольствия.  В 1926-27 годах меня пригласили участвовать в экспедиции, направленной в район строительства будущего  Днепрогэса. Тогда это называлось  «для фотофиксации  местности, которая должна будет измениться после постройки плотины». Во время этой экспедиции  был сделан фильм  «Шлях до Днипрельстану» (укр.яз.), который, к сожалению,  где-то затерялся.  В фильме был интересный момент —  надо было показать, как в древности изготовлялись каменные орудия. Роль «инструментальщика» каменного века поручили мне. Я сидел на валуне и шлифовал эти каменные орудия  на неолитических  шлифовальных  следах. А так как я загорал до черноты, то и вид у меня, вероятно, соответствовал  виду наших далеких предков. В общем, все было очень похоже…Я в это время был преподавателем физики, зарплаты мне не хватало. Подрабатывал ….

Товстоногов Г.А. Генде-Роте: Средства образного решения темы у фотографа и художника весьма  различны. Как могут сказаться эти отличия на конечном результате?

 Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического    Большого драматического театра имени М.Горького: 

Не надо забывать, что фотография и живопись – различные виды искусства, они имеют  неодинаковый язык и по-разному воздействуют на зрителя. Кроме того, создаются  совершенно несхожими материалами. Если художник может что-то усилить или убрать  на холсте при помощи кисти, то в арсенале фотографа вполне достаточно оптических,  химических  и других приемов для воплощения своего замысла. Но мне думается,  что в этом плане художника и фотографа сближает прогресс фотографической техники.  Ведь для художника он практически остановился сотни лет назад.

Генде-Роте: Сейчас в живописи довольно модно течение, называемое «фотореализмом или  гиперреализмом». Я имею в виду  полотна с большим числом тщательно выписанных деталей, с типично фотографическим решением композиции и перспективы.

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Мне кажется, что это явление со знаком минус. Если живопись становится фотографической, это снижает уровень искусства.  То же самое можно сказать и «наоборот».  Натуралистическая,  фотографическая живопись не может соревноваться  ни с художественной,  ни  тем более,  с документальной фотографией.  Если это живопись, то пусть она будет живописью, если — фотография, пусть будет  фотографией. И та и другая для меня интересны по-своему.

Генде-Роте: Чем  вы объясняете возникновение подобного  направления в живописи?

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Протестом против абстракционизма, и только! Люди устали разгадывать шарады  в поисках какого-то образа на полотнах абстракционистов.

Генде-Роте: Есть ли какие-то  точки соприкосновения у таких столь разных форм творчества, как  современная фотография и современная скульптура?

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Мне кажется, динамичность некоторых скульптурных произведений  прямо связана с фотографией. Наверное, связь эта возникает благодаря ассоциациям, вызванным  рассматриванием  определенной категории снимков.  Вспомним, что галоп лошади был «открыт» для человеческого  глаза фотографическим  методом.

Генде-Роте: Представляете ли вы себе фотографическую скульптуру?

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Случай, произошедший со мной в одной из художественных галерей Нью-Йорка, произвел на меня сильное впечатление и запомнился, видимо, надолго.  Рассматривая картины,  я медленно передвигался из одного зала в другой.  В конце анфилады приметил женщину, которая сидя что-то вязала.  «Смотрительница», – решил я и пошел дальше. Но что-то заставило меня обернуться, взглянуть еще раз. И я увидел, что это — скульптура, и скульптура, сделанная так, что с расстояния двух метров  вы не отличите ее от живого человека. Мастерство высочайшее: и фактура кожи, и жилка на виске, и вязаный чулок… Определение «фотографическая» здесь вполне уместно.  Я считаю, что это плохо, хотя не перестаю изумляться мастерству  автора, его дотошности, точности воспроизведения.  Но за всем этим никакого образа не встает. Раз нет образа – воображение  не работает, значит, это не искусство.

Генде-Роте: Было время, когда в фотографической среде вспыхивали  настоящие баталии между сторонниками постановочного метода работы и репортажа. Сейчас страсти поутихли. Ваше отношение к результатам  работы тем или иным методом.

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Я не вижу здесь противопоставления. Каждый  метод имеет свои преимущества  и  каждый – свои недостатки.  Отрежиссированный  снимок фотографа-художника представляет огромный интерес, в том числе и для театрального искусства. В такой фотографии будет присутствовать образ, и в этом ее сила. Скрытая камера имеет другое достоинство,  результаты ее работы – отображение наблюденной жизни, что очень полезно для режиссера, занимающегося драматическим жанром.

Генде-Роте: Мне кажется, что при помощи режиссуры очень трудно создать правдивую фотографию – за ней всегда будут видны «уши фотографа».

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Все зависит от того, каковы эти «уши».  Я видел прекрасные выставки  больших фотохудожников. Не хочу быть голословным, сошлюсь на работы  аргентинского фотографа Педро Луиса  Раоты. И хотя они, безусловно, синтезированы, это меня не смущает, за каждой из них я вижу образ, созданный незаурядной фантазией художника.

Генде-Роте: Георгий Александрович, давайте поговорим на близкую вам тему: театр и фотография.  Какова роль фотографии в создании  истории вашего театра?

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

С помощью фотографии мы  можем проследить развитие эстетики, декоративного оформления спектаклей, грима и костюма.  А за всем эти угадать способ существования на сцене артистов, проследить творческий путь театра.

Генде-Роте: А снимаете ли вы сами?

Товстоногов Г.А., главный режиссер Ленинградского  академического  Большого драматического театра имени М.Горького: 

Фотограф я никакой, камера мне мешает. Профессионализм в творчестве, профессионализм в повседневной работе – это качество, которое я, пожалуй, больше всего ценю в людях. Я понимаю меру важности фотографии и потому не снимаю.

Справка:

Педро Луис Раота (1934-1986) из Аргентины, один из выдающихся фотографов XX века. images.yandex.ruпедро луис раота

Гиперреализм  —  художественное  течение в живописи и скульптуре, основанное на фотографическом  воспроизведении действительности, возник в США в 60ых годах XX в.

 

Пьеха Э.С.Генде-Роте: Как вы оцениваете плакаты, рекламирующие сегодня нашу эстраду?

 Пьеха Э.С., народная артистка РСФСР:

Я не специалист в этой области, но мне кажется, что за  редким исключением они очень  плохие…

 Генде-Роте:  Вам встречались хорошие мастера рекламной фотографии?

 Пьеха Э.С., народная артистка РСФСР:

Конечно. Помню себя начинающей певицей, в ателье одного из старейших ленинградских фотографов Михаила Михайловича Гершмана.  Полдня он мог потратить на установку освещения, при этом рассуждал вслух, чуть ли не делился опытом. Рассказывал, как искал позу для Клавдии Ивановны Шульженко, где стояли софиты,    когда он фотографировал Любовь Петровну Орлову, как сложно и интересно было работать с Александром Вертинским.  Простота и откровенность Михаила Михайловича подкупали, я всегда стремилась ему хоть чем-нибудь помочь и была счастлива, когда это мне удавалось. Безвременно ушел из жизни наш общий друг, прекрасный  мастер Мирослав Муразов, человек, одержимый фотографией. Работа с ним была истинным наслаждением. Неистощимый выдумщик, он каждую съемку превращал в спектакль, где было  два действующих лица и оба – главные.  Одну роль – фотографа —  всегда очень забавно исполнял он сам, другую – его модель. Полученные  снимки, таким образом, являлись  плодами совместного труда. Если что-то не получалось, Слава страшно переживал,  ругал себя, меня, обоих вместе и всех, кто был поблизости… Но и хвалить тоже  умел. Глядя в визир камеры, он кричал: «Боже мой, что я вижу! Куда там Лоллобриджиде…»  Понятно, что после таких слов глаза у тебя  начинали светиться, соответственным становилось и настроение. Муразов любил жизнь, любил свои модели.  Своим талантом он приподнимал нас. В отличие от него, современные фотографы рекламы пытаются с помощью модели «приподнимать» себя, «коллекционируют»  кого снимали. Вопрос «как» их не очень-то занимает. Хорошо, если я ошибаюсь. Мне не доставило удовольствия общение с фотографами, снимавшими меня для последних плакатов.

Генде-Роте:  Но ведь можно и забраковать работу!

Пьеха Э.С., народная артистка РСФСР:

Конечно, иногда я так и поступаю.  Но не надо забывать, что у меня практически нет выбора. К тому же очень легко прослыть «капризной» и остаться вообще без рекламы.

Генде-Роте:  Скажите, пожалуйста, в жизни вам  когда-нибудь приходилось самой фотографировать?

Пьеха Э.С., народная артистка РСФСР:

О чем вы говорите! Мне страшно дотронуться до камеры, потом она уж точно не будет работать!

Генде-Роте:  Ваше отношение к фотографии.

Пьеха Э.С., народная артистка РСФСР:

Хорошая фотография всегда дает мне пищу для размышления,  побуждает к работе фантазию, вызывает множество каких-то ассоциаций, иногда очень личных. Если это изображение незнакомого человека, хочется проникнуть  в глубину его души.  А сколько эмоций вызывает талантливый снимок знакомого тебе лица, какие открытия делаешь для себя, когда сравниваешь свои представления с тем, что увидел фотограф. Тут и радость совпадения, и горечь ошибки, а иногда и жалость к себе, к объекту съемки и даже к фотографу. Мне кажется, что фотографию можно смело приравнять к песне – и то, и другое  любимо, и то, и другое – самое  демократичное искусство.

Справка:

Гершман  Михаил Михайлович (1899—1984) – в основном, фотографировал  артистов театра и кино.

Мирослав Муразов (1929-1974) – в разные годы  фотокорреспондент газеты «Московский комсомолец», журнала  «Смена». Работал в жанре репортажа, портрета,  театральной рекламы. В 1974г. трагически погиб при исполнении служебного задания. Посмертно издан фотоальбом «Цирк», Изд-во «Планета», М, 1977.

В заключительной части  будет дано интервью с академиком Лихачевым Д.С. и краткая биография  Генде-Роте В.А.

  

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Метки: ,

про девятку с большим баком . Бывает и такое.

Ваш отзыв

Follow Us!

Рубрики

Свежие записи

Свежие комментарии

Архивы

Мета

Подписаться на обновления:

Чтобы получать новости с моего сайта, заполните, пожалуйста, форму ниже:

SmartResponder.ru
Ваш e-mail: *
Ваше имя: *